Воронеж Воскресенье, 27 Мая
Телефоны рекламного отдела:(473) 210-65-60

Информационный портал «Блокнот Воронежа» – это не только самые свежие и интересные новости города, но и своеобразный справочник Воронежа, который помогает найти нужный товар и услугу или партнеров по бизнесу.

Наш портал работает ежедневно и круглосуточно. Здесь вы можете узнать о самых интересных событиях в жизни города, а также активно участвовать в обсуждении прочитанного.

Хотите быть в курсе всего? Начинайте свой день с нашим сайтом.

Мне сложно воспринимать Оксимирона, – Александр Ф. Скляр в Воронеже

Общество, 01.02.2018 11:33

В арт-шоу-ресторан Balagan City состоялся концерт Александра Ф. Скляра и группы «Ва-банкъ».

За несколько часов до начала выступления музыкант ответил на вопросы журналиста «Блокнот Воронеж». Александр Ф. Скляр рассказал о своих проектах, жующих зрителях, об отношении к рэпу и Воронежу.

- Какая ваша аудитория? Это те, кто с вами с 80-90х или есть молодые лица?

- Многие из тех, кто начинает ходить на концерты в юности, тогда же когда и мы все начинали играть музыку, постепенно на концерты ходят реже и реже. Это законы жизни. Повзрослевшие люди не всегда пойдут в молодежный клуб, а мы, как артисты, по определению играем вообще везде, начиная от престижных площадок и заканчивая нормальными рок-н-ролльными клубами. Было довольно интересно наблюдать на концерте в Казане как в андеграунд клуб пришли люди, которые редко ходят в подобные заведения. Но зато, если это более взрослое заведение, иногда даже со столиками, то там в основном аудитория, которая повзрослела вместе со мной или которая узнала о нас, будучи не юными людьми. Поэтому получается довольно широкая аудитория по возрасту, но по массе более возрастная.

Считаю, что у каждого возраста своя музыка. Сужу по себе, когда вел программу «Учитесь плавать», которая была посвящена тяжелой альтернативной музыке и, соответственно, я сам очень много этой музыки слушал, я ее пропагандировал - ставил на радио, на фестивали приглашали западных ребят, начиная от Генри Роллинза и заканчивая Motorhead. А сейчас девяносто процентов этой музыки у меня нет в плеере и домашнем компьютере. Иногда можно поностальгировать, послушать буквально одно, два имени. Она мне стала неинтересна, а я ведь сам музыкант и эта музыка была вместе со мной. Просто меняются предпочтения, и сам ты начинаешь по-другому играть. Я думаю хорошо, чтобы часть твоей аудитории росла вместе с тобой.

- Люди, которые приходят на ваши концерты и своих детей пытаются воспитывать на вашей музыке?

- Может быть, но мне совершенно понятно, если ребенок, который взрослеет, начинает развивать свои вкусы. Сейчас очень большой акцент в российском пространстве сделан на рэп. Я думаю, что большей части молодой аудитории мы-старики не подходим по мировосприятию. Это неизбежный закон и когда нынешние рэп музыканты станут немолодыми, они сами заметят эту смену своей аудитории.

Рэп четко занял ту смысловую нишу, которую мы занимали лет 30 назад. Так получилось, что в нашей рок-культуре или рэп-культуре, которая является продолжателем рок-культуры, смыслы никуда не делись, они также важны. Кто идет на рэп, тот тоже идет за смыслом. Большинство рэп музыкантов, которые доходят до моего слуха, я разбираю, другое дело, что темпы пошли другие. Мне сложнее воспринимать совсем быстроговорящих, таких как Oxxxymiron. Я его вообще смотрю на видео в YouTube с дорожкой, потому я не знаю, успевает ли его аудитория ухватить  смысл при такой быстрой читке, но для меня это уже слишком быстро. А Васю Вакуленко я нормально так воспринимаю.

Музыка – это непрерывное течение и для меня.  Рэп – это то что вышло из рока, так же как мы рок-музыканты, в нашей русской ситуации, вышли из Высоцкого. А Высоцкий сам вышел из русской песенной традиции. Это все непрерывный процесс  и в каждый конкретный момент времени у него есть более активные зоны.

- «Ва-банкъ» причисляют к понятию «русский рок» согласны вы с этим?

- Конечно, это русский рок, только это особая ветвь русского рока, потому что наша история совсем не линейная и внутри нее были разные периоды совершенной акустики, потом был довольно жесткий период, который вполне можно назвать хардкор. Затем был альбом – наш совместный проект с Виктором Пелевиным, он написал рассказ «Нижняя тундра», а мы к нему записали саундтрек, который  был довольно электронный. А сейчас я думаю, мы пришли к совершенно своему звучанию. В нем есть свое музыкальное лицо, определять его я не берусь

- Следите ли вы за коллегами?

- Стариков я всех знаю. Мы все друг за другом, так или иначе, следим, хотя иногда бывает тот или иной альбом до моего плеера добирается через полгода, но рано или поздно добирается. Другое дело, что мне все равно интересно, то что делают молодые ребята. Сейчас музыки стало огромной количество, но не понятно где ее искать, скорее всего альбом доходит только когда я где-то о нем услышу. И это как раз в сторону молодых ребят. Ведь сегодня мало кинуть музыку в интернет, важно как ты донесешь ее из интернета. Сейчас не столько проблема в новой музыке, сколько проблема в том, как сделать так, чтобы именно это услышать. Именно в этом направлении стоит думать молодым ребятам. Они прибывают в святом убеждении, что если они будут петь по-английски, то они будут и здесь интересны и там. Нет. Нужно петь на своем родном языке. Если вдруг случайно вами кто-то заинтересуется там, вы всегда сможете ваши лучшие песни перевести. Но здесь нужны русские смыслы, которые спеты на русском языке.


- Есть какие-либо секреты, как находиться в здоровом состоянии?     

- Во-первых, постараться с юношества не гробить свое здоровье. В первую очередь это тяжелые наркотики, что касается более легких, я тоже не их сторонник, но тут знаете как, кому поп кому попадья. Второе, попробовать, так или иначе, подружиться со спортом, но не с профессиональным и точно не связанным с ударами по башке, и сделать его частью жизни. Стараться держаться в режиме и давать себе обязательно выспаться. Не бравировать теи, что мол умею высыпаться за четыре-пять часов. Ты-то и умеешь, может быть, спать по  четыре--пять   часов, только твой организм обязательно даст сбой. Восемь-девять часов – это нормальный режим.

- Вы впервые в Воронеже в  Балаган Сити?

- В  Воронеже были пару лет назад с очень хорошим проектом джазовой программы Утесова, играли в Филармонии. В Балагане впервые. Это  гигантский ресторан, я много разных мест видел, но это просто целый город. Самое главное – это место где идут постоянно живые концерты и хорошая сцена.

- Вас не смущает, когда зрители кушают?

- Когда зрители кушают меня уже давно не смущает. Я живу по завету Александра Николаевича Вертинского. Он говорил, что артисту, который прошел школу кабака,  вообще ничего не страшно. Поэтому я такие концерты воспринимаю как очередной урок в такой школе и если ты можешь покорить и привлечь внимание жующей аудитории, то ты суперпрофессионал. Я достаточно давно практикуюсь в этом деле и меня это вообще не смущает. Меня больше смущает в квартирниках отсутствие сцены, я считаю, что настоящий артист должен быть отделен от публики сценой. Она не случайно придумана. Для меня самый неправильный концерт – это когда мы находимся на одной плоскости со зрителем.

- Почему пошло разделение Александр Скляр и группа «Ва-банкъ»?

- Я так много всего делал сольно, что может быть, мое имя более привлекает внимание аудитории. Это необязательная фишка, но уважительная ко мне, как к давно играющему артисту. Ничего не вижу в этом зазорного. Я всегда представляю группу «Ва-банкъ» и ее музыкантов. Вообще, это длинная история группы. Из тех тридцати двух лет, которые существует группа, у меня ни одного человека с кем я начинал не осталось.

- Почему такая текучка?

- Ой, я вас умоляю! Поживите тридцать два года в одном коллективе и потом посмотрите на этот коллектив.  Невозможно сохранить один и тот же состав на протяжении долгого времени. Жизни у людей расходятся. Редчайший пример, который мы можем привести— это группа The Rolling Stones, но это абсолютнейшее исключение, и то у них сейчас играет на басс-гитаре тот человек, который с ними не начинал.

«Ва-банкъ» – это один проект. Более того, есть проект  Вертинский и это уже не «Ва-банкъ», это Александр Ф. Скляр поет Вертинского. Кроме того у меня есть проект Утесова – это Александр Ф.Скляр и «Тромбон-шоу». Это три моих направления. Сейчас потихонечку к этому направлению подтягивается Владимир Семенович Высоцкий, но просто, потому что я альбом записал Высоцкого. Стали люди звонить: мы хотим Скляра с программой Высоцкого, а я им говорю: помилосердствуйте, ребята, вы вспомните каким был Высоцкий когда он ушел. Ему был сорок третий год, а мне шестьдесят, вы хотите от меня на полуторочасовой концерт Высоцкого! Я не могу. Я пою его на полную выкладку, потому что Высоцкого нельзя петь в полголоса. Единственный раз, где я спел двадцать пять песен Высоцкого это Рига. Ребята, я был просто мертвый! Поэтому полной программы я не пою. Это требует очень больших усилий.

- Почему говорят, что Москва – муравейник, а Питер – рассадник творческих личностей?

- Питер и Москва во многом всегда были антагонистами. Москва всегда хвалила Москву, Питер всегда хвалил Питер. К этому надо относиться как к исторической данности. Это не вчера возникло, это существовало еще в девятнадцатом веке. Питер и Москва всегда боролись за свою самобытность и отстаивали себя в ущерб другому городу. Я москвич и всегда буду хвалить Москву. Я назову вам сотню примеров  того, что мы круче! Петя Мамонов! Покажите мне такого Петю Мамонова в Санкт-Петербурге. Нет такой самобытной художественной единицы. Вася Вакуленко осел в Москве, я конечно понимаю, что он ростовский парень, но Gazgolder существует в Москве, а я считаю, что это самая крутая на настоящий момент тру рэп формация. Ну и так далее.

- А Воронеж как?

- Воронеж произвел хорошее впечатление. Сегодня мы ехали по городу и, мне кажется, здесь хорошая жизнь. Мне понравилось по пути на главном проспекте, на въезде в город, красивые дома слева, потом такая же застройка, но попроще, затем начинаются дома, явно требующие ремонта. Все что строится мы должны смотреть в динамике. Я помню свои впечатления, когда мы были здесь с ранним «Ва-банком». Мне кажется, все было очень провинциально, очень просто и потрепанно. У меня сейчас такого ощущения нет. Это город, который точно живет. Я знаю ваши проблемы вам понятнее, чем мне, увидевшему со стороны, но, по крайней мере, вот такого ресторана в Москве вообще нет.

- У вас никогда не было сомнения по правильности выбранного пути?

- О да, конечно, это даже не обсуждается. Это трудный путь, трудная профессия. Это профессия в которой я ничего не понимал, но познавал шаг за шагом, с ошибками и неудачами. Но сейчас оглядываясь, я считаю, что мне много удалось сделать на этом пути. Я сделал из себя серьезного профессионала,  мне точно сейчас не стыдно за свою работы, я сумел не растерять то юношеское что было, конечно с годами все по-другому становится, но что-то чистое я сумел сохранить.

- Ваш отец не ходил на концерты долгое время.

- Он сходил один раз, причем это  была программа Вертинского. Видимо он убедился, что Саша не зря 15 лет шел по этому пути, и с этой темы было снято табу. До этого, эта тема в нашей семье не обсуждалась. Мы с ним общались на любые темы кроме музыки. Он и потом не ходил часто на мои концерты, но, по крайней мере, интересовался и слушал. Для меня была высшая похвала, когда незадолго до того как его разбил инсульт, он пошел на один концерт где  я принимал участие.  Это был концерт Вивальди, я с организаторами сотрудничаю как вокалист, помимо меня там другие певцы были. И когда они вышли, отец сказал маме: Саша изо всех вокалистов был единственный, кто пел правильно. Мама мне потом тайком передала эти слова.  Это был для меня самый большой комплимент, который я когда-либо слышал от своего бати.

Александра Голубничая

Новости на Блoкнoт-Воронеж
События: концерты в Воронеже
4
0
Народный репортер + Добавить свою новость

Топ 10 новостей

ПопулярноеОбсуждаемое