Воронеж Воскресенье, 03 марта
Общество, 30.03.2022 15:00

«Я лепила, а она мне рассказывала сказки», – воронежский скульптор поведала о знакомстве с Корольковой, печальной участи «Танаиса» и сути творчества

«Весенний вернисаж» - ежегодная женская выставка. Здесь царит творческая атмосфера: профессиональные разговоры о композиционных решениях, оттенках, полутонах и творческих планах на будущее.

А у окошка стоит пожилая женщина в темной шерстяной накидке, рядом с ней на подоконнике лежит пожелтевший от времени альбом с её скульптурными работами и проектами.

Это Антонина Толмачева. Тот самый автор скульптур на мемориале «Чижовский плацдарм». Также она является создателем «Поляны сказок» в парке Танаис и скульптурных образов Марии Мордасовой и воронежской сказительницы Анны Корольковой.

- Антонина Артёмовна, может быть я все-таки вам стул принесу?

- Да что вы! Мне так удобнее. Я куда ни прихожу, в тот же отдел культуры, всегда стоя общаюсь. Они говорят, что тоже встанут: им неудобно передо мной сидеть. Ну я же не рассиживаться пришла, а по делу.

Антонина Артёмовна родилась в далеком 1936 году, её детство прошло в детском доме, где первым художественный талант девочки заприметил директор, который говорил: «Я тебя определю в художественное училище. Я и курицу не нарисую, а ты вон как рисуешь!».

При поступлении в училище Антонина Артёмовна решила сдавать экзамены не только на живописное отделение, но и скульптурное. Там-то и заприметили её способность чувствовать объем, придавать форму массе и посоветовали идти по этой стезе. После окончания училища художница год преподавала в Ровно, а затем поступила во Львовский институте декоративно-прикладного искусства на факультет монументальной скульптуры: на курсе было всего 4 парня и единственная девушка - Антонина Толмачева. Такой вот строгий конкурс. Их выпуск стал последним. Здесь познакомилась и с будущим мужем. А свой диплом она защищала, уже имея на руках маленького сына.

- Скажите, а что для вас творчество?

- Вот на самом деле я считаю, что говорить и философствовать должны искусствоведы, их этому и учат, а скульптор работает молча. Но я вот вам просто стишок расскажу:

Солнышко-солнышко, загляни к нам в дом!

Какое ты красивое, в домике моем.

Почему ты, солнышко, красивое такое?

Потому, наверное, что ведь ты со мною.

Хорошее? Ну вот, а это мой сын написал, когда еще маленький был. Сидит на полу, рисует и вдруг зовет: «Мама, я стишок придумал!». Я вот этот стих всегда вспоминаю, когда мне грустно, солнце - это ведь символ космоса, жизни. Сын художником стал, помогает мне проектировать некоторые задумки, говорит, что иногда и складываются в голове стихи. Вот творчество так и живет : если еще в детстве в тебе что-то заложено, оно все равно проявится. В том или ином виде

- А случалось в жизни такое, что творчество вас спасало?

-Да я пришла в творчество, чтобы спастись. Я влюблена была в одного парня, мы в училище вместе учились, а потом разъехались по разным институтам и больше не виделись. И я уходила с головой в работу, чтобы забыться…

- Вы всегда, работая над проектом, сотрудничаете с архитектором. В чем заключается связь скульптора и архитектора?

- Скульптор видит образ, а архитектор проектирует на местности, рассчитывает, как и что будет смотреться. Вот чего мне не хватает сейчас, так это сотрудничества с таким архитектором, как на «Поляне сказок» (Владимир Кашин - прим.): я композиции по сказкам придумывала, а он их пространственно размещал (Змей Горыныч, Лиса с колобком, старик и старуха у разбитого корыта, Золотая рыбка). Всегда нужно, чтобы тебе обговорили место и размер скульптуры.


- А бывали несовпадения между задумкой и реальным воплощением?

-Так вот на «Поляне сказок» в парке «Танаис»! Кто мог подумать, что его ждет такая судьба? Царский теремок сожгли, украли прибор, который сказочных героев в движение приводил. У нас так интересно задумано было: Емеля ехал на печке, качал ножкой и вертел головой в разные стороны, а из терема на него выглядывали царь с царевной, бояре и другие персонажи. Мы же думали о красоте, а надо было продумать и с точки зрения административного устройства: охрана, туалет, киоски с водой…


- Но это все-таки ситуация, не зависящая от вас, касающаяся административного устройства скорее, а в творческом плане бывало, что приходилось менять уже готовую работу?

- Только однажды. У нас был творческий конфликт с мужем во время работы по скульптуре на мемориале «Чижовский плацдарм»: когда работа подходила к концу, Совет сказал, что в композиции должны быть не просто головы трех солдат, а воины разного возраста: юность, зрелость, старость. И я поняла, что головы надо уменьшить: фигуры уже были в бетоне, поэтому я решила переиначивать композицию при переводе её в металл, хотя даже Федор Сушков сомневался. Но я все-таки забралась на леса, было сложно, но я справилась.

- Скажите, а как в голову творца приходят все эти идеи?

-Наверное, Господом Богом дано…На то оно и творчество. Я вот, бывало, приходила в мастерскую после общения с Фёдором Сушковым (скульптор -прим.), он всегда так красиво говорил, ему, правда, философом быть, и после разговора с ним чувствую, меня прям крутит-крутит, душа чего-то просит: я беру бумагу и сам собой рождается стих - я его даже потом не правлю. А ты говоришь, как это. Я сама не знаю, как. Бывает, что много идей, историй для образа - и трудно выбрать одну. Например, когда Петра Первого я задумывала, я, как артисты на репетиции, представляла себя им и искала позы, в которых он мог бы стоять. Чертежи, например, рассматривать.

- А когда работа с натуры, тогда как?

- Работа с натуры уже немного по-другому организовывается. Например, я же перед тем как приступать к лепке воронежской сказительницы Анны Корольковой познакомилась с ней. Потом пришла домой, и у меня как-то дело сразу пошло: набросала несколько маленьких эскизов. Потом взяла глину, все принадлежности для лепки и поехала к сказительнице. Я лепила, а она мне рассказывала сказки, былины, придания. Я не одна поехала, а с сыном, чтоб он сказки послушал – но он не запомнил, кончено, маленький был.

- А вы запомнили?

- И я нет. Мне же важен процесс, КАК она рассказывает. Её внутренний характер, мир, в тот самый момент, когда он открывался для людей через сказки - мне надо было его почувствовать, остановить. Я старалась все сделать очень быстро: ухватить самую суть. Со всех сторон её обходила, чтобы почувствовать объем, натуру.


- Чего больше в работе скульптора: ремесла или творчества?

- Творчество и ремесло - это разные виды труда. Скульптор не один работает. Просто если скульптура большая, то процесс создания очень длительный. Там же несколько этапов: когда готовится каркас, идет прокладка в глине - это все делают другие люди, но я руковожу процессом, а потом наступает моя творческая работа по созданию образа, она может идти несколько месяцев. И уж когда Художественный Совет принимает образ произведения, опять идет работа форматоров: формовка, отлив модели, кусковая формовка, а дальше уже от материала зависит.

- А трудоемкость подготовительной части работы не мешает творчеству?

- Так мы же за тяжесть не думаем! Нам интересно, что получится. Ты с трепетом ждешь-ждешь, что же выйдет. Творчество от ремесла неотделимо.

Антонина Толмачёва даже в трудные годы, когда у нее не было заказов, не изменила своему призванию, не ушла в живопись, не пыталась найти себя в чем-то еще. Хотя её живописные работы и продавались, она решила не отходить от своего направления и перешла на маленькие скульптурные заказы, например, делала вазы для зала филармонии и прочие декоративные изделия. И до сих пор в её мастерской хранится большое количество эскизов, проектов, скульптур-задумок больших памятников для города.


- У вас до сих пор много задумок, эскизов в мастерской. Почему? Чего на ваш взгляд не хватает городу?

-Да вот разве Петр Первый не важен городу?! Или была идея с памятником Соколову...Помните? Герой Шолохова. Я хотела его сделать с мальчиком Ваней, которого он решил усыновить. Вот тот момент, когда они стоят вместе, а он ему говорит: «Я твой папа»…Я же сама из детского дома, поэтому вот эти его слова для меня очень понятны и важны.

Или вот, например, в центре Рамони установили сердечко «Я люблю Рамонь», это же очень типовое решение. А ведь на территории Рамони прекрасный спорткомплекс находится, поэтому я что делаю? Я беру в композицию малыша, который пытается поднять огромную гирю. Сейчас она для него неподъемная, но впереди у него целая жизнь! Или вот в той же Рамони на въезде стоит мемориал погибшим солдатам: двое скорбящих мужчин над могилой – это очень печальная композиция. Поэтому я предлагала обновить памятник. В моем проекте на нем символ Победы! Потому что хоть это и могила, но эти ребята погибли ради Победы, чтобы продолжилась жизнь.


Екатерина Лымаренко

Новости на Блoкнoт-Воронеж
  Тема: Лица нашего города  
4
0